На плечо решительно легла ладонь. Он бы заметил ее раньше, не крути он в голове всякое...
- Кейн.. какого ты делаешь?-  Аяан Ониксовая как всегда была серьезна только наполовину.- Если ты льстишь себе предположением, что ты достал Тикка так, что он захочет от тебя избавиться, то я тебя разочарую-гораздо более эффективные на твоем месте терпели неудачу... Я например. Нравится тебе глава Совета или нет(а многим он не нравится поначалу) совершенно не влияет на его к тебе отношение.
Она отпустила его плечо так резко, словно только что осознала, что за него держится.
- Я уезжаю. Будешь прощаться?

- Не большую часть, а только мой, личный.- отрезала она.- Но вы все конечно будете скучать. Я возвращаюсь в Изумрудную Цитадель, меня ждут ученики. И во дворец. Хочешь что-то передать?

Она подалась вперед и обняла его за плечи. Поза вышла чуть неудобной, потому что заклинательница просто наклонилась к нему, не приближаясь.
- Думай головой, Кейн. Я все передам.

- Постараюсь не впасть в искушение.- согласилась заклинательница.- Удачи.
Она развернулась и направилась к воротам.
Еиу предстояло искать лекаря дальше.

Спустившись вниз он набрёл, недалеко от бассейна на целый сад полный трав. Они были высажены в несколько ярусов и снабжены металлическими табличками с номерами и отгорожены аккуратной изгородью в человеческий рост. Кейн никак не мог понять где тут вход. Но тут в сад вышел парень, явно младше него самого, с длинным хвостом светлых волос, любой девице на зависть.

Проследовать определенно не давала решетка. Она была Кейну до подбородка и вызывала подозрения, что некто не рад видеть в саду любопытных. Прохода Кейн не усматривал.

Парень поднял на него глаза и быстро изучил с головы до ног. Потом сделал широкий жест рукой в сторону ближайшего в недра Цитадели.
- Изнутри. Зайди и иди прямо, до дверей лечебницы, они самве широкие и ты легко найдешь. Там открыто.

Он действительно узнал двери, хотя бы потому что когда он подошел одна из створок открылась и светловолосый парень сделал ему жест зайти. Внутри было большое помещение с кроватями, оно было разделено светлыми полотнами и те бросали тени, чуть покачиваясь. Еще там были столы на которых предельно аккуратно было расставлены множество коробочек и баночек,лежали растения и инструменты. Несколько людей внутри тоже было, в постелях. Кейн насчитал пятерых и они дремали, только два мальчика играли в какую-то незнакомую ему игру.

- В основном причиной тому-решетка.- поделился он негромко.- Я Ларих, травник Цитадели.
- Лар, мне плохо!- тихо пискнул из-за занавеси кто-то. Потом показалась темнокожая мордочка, вряд ли старше десяти.
- Тебе хорошо, если судить по показателям.- спокойно не согласился юноша.- Но ты всегда сможешь рассказать о том, что тебе плохо Ирии.
- Но ведь у меня болит живот?- уточнил мальчик.
- Боль это симптом, а не причина. Объективные показания говорят, что ты тебе уже лучше. И что от переедания ягод не умирают. Ложись и если тебе скучно-почитай то что тебе давали. Тебе скучно, я знаю. Но скоро тебя выпустят.
Не ожидая ответа он двинулся дальше.

- Это такой же твой сад, как и мой.- заметил Ларих.- Так что если ты перешел тот возраст, когда у тебя чешутся руки(иди что должно?),чтобы пожевать что-то случайное ты можешь тут хоть жить. Но в светлое время суток. На ночь я двери закрываю, кроме срочных случаев. Кроме того, честно предупреждаю, здесь легко встретить Ирию. Все же лечебница не только для недугов тела.

Сад трав занимал совсем немного места между внутренними стенами Цитадели. Большая часть растений росла не на земле, а ярусами вверх: в длинных каменных желобах, неглубоких чашах и небольших ящиках, закреплённых один над другим. Между ними оставались узкие проходы, в которых свободно могли разойтись два человека.
Зелени было столько, что за ней почти не видно было самих стен. Травы свешивались через края, цеплялись за опоры, тянулися к свету. Одни регулярно обрезали, другие явно приходилось удерживать от попыток занять соседний ярус. На листьях постоянно держалась влага, а из нижних желобов вода тонкими струйками уходила в каменные стоки. Большинство растений были местными: широколистые травы от жара и воспалений, мелкие пахучие кустики, сок которых использовали для ран, ползучие растения с мясистыми листьями, несколько видов горьких корней. Между ними попадались привезённые травы, но они выглядели здесь почти скромно. В саду пахло влажной землёй, растёртыми листьями и десятком разных горьких и пряных запахов. Даже при постоянном уходе он производил впечатление места, которое стоит оставить без присмотра на несколько дней и растения начнут выращивать садовника сами.

- Есть в библиотеке. И тут. И лучше всего слушать ушами.- отреагировал Лар.- Их можно даже попробовать на ком-нибудь если тебе повезет. Что ты мнешься, я же говорю тебе-здесь все твое, чем ты не убьешься. Правило только одно!

Ларих, кажется, только этого и ждал. Он устроился прямо на земле напротив Кейна и некоторое время оглядывал заросли, выбирая, с чего начать.

-Давай с того, чем ты здесь скорее всего убьёшься. Так запоминается лучше.- он указал на невысокий куст с узкими тёмно-зелёными листьями. Нижняя сторона листьев отливала почти чёрным, а между ними прятались мелкие бледно-жёлтые цветы.-Морина. Любит тень и воду, поэтому возле рек её полно. Сок листьев останавливает кровь. Не мгновенно, но хорошо. Лист разминают, пока он не даст сок, и кладут на рану. Только внутрь его не суй. Если проглотишь достаточно, сначала онемеют губы и язык, потом руки. Потом всё остальное. В библиотеке написано, что отваром морины можно обездвижить человека, не убивая. На деле угадать количество трудно. Поэтому если захочешь проверить - проверяй не на себе.
Следующим оказалось растение, которое Кейн вполне мог принять за сорняк: длинные ползучие стебли, круглые мясистые листья и маленькие белые цветки с зеленоватой серединой.
-Салвия водная. Растёт там, где земля почти никогда не просыхает. Вот эту можешь жевать. Листья горькие, зато сбивают жар и немного притупляют боль. Корень сильнее, его сушат и растирают. Слишком много - будешь спать. Ещё больше, будешь спать так крепко, что окружающим это не понравится. За ней почти не ухаживают. Главное не дать земле высохнуть.
Ларих потянулся к следующему растению, но уже осторожнее. Это был красивый цветок высотой Кейну примерно до колена: гладкие сизо-зелёные листья окружали высокий стебель, на котором раскрывались крупные фиолетовые цветы. Из середины каждого торчали длинные золотистые тычинки.
-Веспера. Вот эту руками без причины не трогай. Особенно цветы. Пыльца раздражает кожу, глаза и горло. Но если собрать её правильно и высушить, получается хорошая штука против паразитов. А ещё дым от сухих листьев отгоняет почти всю мелкую кусачую дрянь. В деревнях её иногда сажают возле окон. Красиво и полезно. Дети потом трогают цветы, конечно, поэтому это не самая умная традиция.
Чуть дальше росло что-то совсем невзрачное: несколько тонких стеблей с сероватыми листьями, покрытыми мягким ворсом.
-Лакрима. С ней интереснее. Сама почти бесполезна. Но если сломать стебель, выступает прозрачная смола. На воздухе она быстро густеет. Ею закрывают небольшие порезы и трещины на коже. А если смешать с соком морины, кровь останавливается быстрее. Только смесь хранить нельзя. Через несколько часов она становится едкой.
Последним он показал на небольшое деревце с гладкой светлой корой и гроздьями ярких оранжевых плодов размером с ноготь.
-А это цитрина. Плод съедобный. Кислый до невозможности, но съедобный. Здесь его обычно растирают с водой. Если долго болел, потерял много крови или несколько дней почти ничего не ел - помогает прийти в себя. Кора тоже полезная: настой очищает раны. А вот косточки ядовиты. Не смертельно, если одну случайно разгрызёшь, но живот потом объяснит тебе, что ты был неправ.
Ларих сорвал один оранжевый плод, покрутил его между пальцами и бросил Кейну.
-Вот это можешь попробовать прямо сейчас! Если после морины ты ещё хотел всё местное непременно испытать на себе.

В комнате было пусто и очень тихо. Обстановка сама по себе навевала усталость, а тяжелый, влажный воздух казался сейчас невыносимым.