Вирона кивнула — медленно, принимая услышанное без спора.
Ей давно казалось, что отсутствие навыка иногда честнее его иллюзии.

Вирона подошла к стойке с оружием без колебаний, но и без рвения.
Она взяла лук осторожно — не как вещь, а как вопрос, на который пока не знает ответа.

— Хорошо, — сказала она тихо.

Вирона подчинилась без спешки.
Пальцы легли на тетиву осторожно, будто она проверяла не силу, а собственное дыхание.

Она потянула — медленно, без резкого движения, чувствуя, как сопротивление отзывается в плечах.

— Если всё может пойти не так, — тихо произнесла она, удерживая натяжение, — значит, нужно заранее решить, что считать промахом.

Вирона чуть перевела взгляд с мишени на Каллу.
— Тогда цель должна быть определена без сомнений, — спокойно сказала она. — Иначе любое попадание можно оспорить.
Она снова сосредоточилась на мишени и натянула тетиву ровнее.

Вирона на мгновение отвлеклась на этот запах — непривычный, тёплый, не похожий ни на что из её прошлого.
Он не раздражал и не успокаивал — он расширял пространство вокруг, будто добавлял к двору ещё одно измерение света.

Она выровняла дыхание, не позволяя ассоциациям сместить прицел, и снова сосредоточилась на мишени.

Вирона позволила этому ожиданию существовать — без необходимости отвечать на него.
Она отпустила всё лишнее и оставила только линию между собой и мишенью. Наконец, она выстрелила.

Ничья

Вирона приняла вторую стрелу.
— Этого достаточно, — тихо ответила она. — Начало редко бывает исключительным.