Сегодня я сказал что-то и сразу почувствовал:
это не я.
Не то, что я бы выбрал.
Не то, что я бы подумал.
Но оно вышло спокойно, уверенно....
Я начал вести записи.
Каждый раз, когда решение кажется чужим.
Когда тело двигается раньше мысли.
Когда слова приходят без намерения.
Иногда это помощь.
Интуиция, которой раньше не было.
Я чувствую, как Кровь ведёт меня  туда, где я нужен.
Иногда это страх:
Я не знаю, кто говорит.
Я не знаю, кто выбирает.
Где заканчиваюсь я и начинается она?
После Вспышки, мы неразделимы.
Но я хочу научиться слышать разницу.
Я начал задавать себе вопросы:
— если я молчу, говорит ли она?
— если я сомневаюсь, она решает?
— если я сплю, она видит?
Может быть, Кровь - не голос а намерение, которое проходит сквозь меня?
И тогда я не носитель.
Я — проводник.

Кайз Рубиновый

«Кровь не требует поклонения. Она требует понимания.
Она не дар, не проклятие, не болезнь.
Она - зеркало, в котором отражается то, что ты прячешь от себя.
И если ты не готов смотреть - не подходи.»

Аланис Рубиновая

Мы не ищем виноватых.
Мы ищем тех, кто может убить нас всех, даже не желая этого.
Заклинатель ничем не отличается от других. Пока не начнёт колдовать.
У него такие же кости, такая же кожа, такие же глаза... И любой способен оказаться носителем Крови.
Любой человек, который сегодня пьёт с тобой за одним столом, завтра может разорвать улицу пополам, даже не понимая, что делает.

Мы не верим в "дар","призвание","обучение"...
Мы верим только в то, что видели сами.

Как опытные Заклинатели теряют Контроль.
Как дети в Вспышке убивают семьи.
Как Цитадели забирают их и говорят, что «так бывает».
...Как Вуаль уводит их в тень, чтобы использовать как оружие.

Выводы очевидны:
Не важно, почему Кровь просыпается.
Не важно, откуда она берётся.
Не важно, что говорят Цитадели.
Не важно, что обещает Договор.

Важно только одно:
Мы не охотимся на людей.
Мы охотимся на силу, которую невозможно контролировать.
На силу, которая делает человека угрозой.
Заклинателей не должно быть.
Ни тех, кто служит Цитадели.
Ни тех, кто служит Вуали.
Мы не делаем различий. Это честно.
Кровь это Кровь.
И если она течет - её нужно остановить.

Это ведь то, что остальные боятся произнести вслух?

Лошадь отчаянно заржала и Фрайд рефлекторно дёрнул поводья, хотя не собирался останавливаться. Какое ему дело?
Женщина осматривающая своего скакуна сделала движение, демонстрирующее крайнюю степень отчаяния. Она уже скинула в стороне от дороге все сумки и пыталась помочь коню встать, но заклинателю было очевидно, что это пустое.
- Вам... Помощь нужна?
Она повернулась к нему, хотя конечно слышала приближение всадника задолго до того, как он заговорил. У нее было приятное лицо и глаза круглые, как у ручного ястреба. Фрайду стало немного неудобно, за то что он собирался только что бросить ее здесь.
Одета она была так, как обычно одеваются состоятельные горожанки,  когда едут в гости. Но вряд ли им бы пришло в голову ехать одним... У женщины на поясе был кинжал.
- Чем уж тут поможешь?- она была расстроена.- Он ногу сломал. Это я виновата! Слишком торопилась.
- Здесь больше суток пути до ближайшего городка.
- Я дойду.- конь снова заржал и она посмотрела на него так, словно больно было ей.
"Его надо добить."- мысленно предложил заклинатель.
- Его надо добить. Не оставлять же тут, волкам. На себе я его не дотащу.- женщина все переводила взгляд с кинжала на животное и обратно. Умеет ли она им пользоваться? Наверное умеет.
- Я... Я могу сделать это быстрее.- совершенно не ясно зачем он лезет, но не мучать же коня! Еще неизвестно, насколько всадница способна на это. Оставит и в правду посреди дороги.
- Я...-она похоже не любила просить о помощи. Но колебалась недолго.- Спасибо.
Фрайд не был уверен, что собеседница его поняла. Но отступать было поздно и он соскочил на землю. Подошел к дергающемуся на земле коню и присел, поглаживая его бок.
Конь был белым и струйка крови стекающая на его шкуру казалась слишком яркой. Он дернулся в последний раз и затих.
Наступила тишина. Один раз они играли в мяч и разбили витраж. Тот осыпался не сразу. Пошел мелкими трещинками, затем послышался треск...а потом стало тихо. И только в самом конце хлынула ловина осколков, в которых не узнать было узорного стекла.
-.. Впечатляет.-оценила женщина спокойно. Фрайд про себя вздохнул с облегчением. Не хватало еще истерику успокаивать.- Благодарю.
Она отошла, подобрать сумки.
- Тяжелые? Нам не совсем по пути, но до распутья я мог бы помочь. Это недалеко, и все же...
- Совсем не по пути.- согласилась она.- Но я была бы рада. Как зовут вашего коня?- она передала сумки заклинателю и подошла погладить его.
- Туман.
- Моего звали Вихрем. Но он не был больно-то резвым. Я люблю лошадей больше чем людей... Может в чем-то я не права.- она кажется говорила с собой и мужчина не нашел, что ответить.- Мне понадобится новый.
- В Агрентии легко купить лошадь.
- Верно. И красивы они на диво. Но говорят у кочевников лучше.
- Вы были в Фейриуме?
- Была, да. Но очень... Фрагментарно.
- Я Фрайд Изумрудный.- представился он.
Уголок ее губ дернулся в улыбке, от чего на щеке обозначилась ямочка.
- Я Юлия.

Мара - Изару

Письмо первое
(Неотправленное)
Изар, это Мара,

По твоему совету я стараюсь записывать то, о чем думаю, и решила, что пока что я буду отвечать на наш с тобой разговор вот так, письмами.
Видишь ли, в твоей библиотеке и в твоей компании мне было так хорошо, что, боюсь, если я вернусь, я останусь. Мы обсужлали бы прочитанное и, может, отправились бы осматривать Цитадель, и я не нашла бы времяпровождения лучше: но ведь тогда я не слелала бы множество других, пусть менее приятных дел, которые мне нудно сделать, чтобы быть тебе все более интересным собеседником.
Вот видишь, для того, чтобы продолжать, иногда бывает нужно остановиться: это обьяснила мне Карина Изумрудная.

Спасибо трбе за то, что нашей короткой встречи мне до сих пор хватает для того, чтобы двигаться в своих мыслях дальше. Тебя же я мысленно оставляю таким же, каким ты был при нашей первой встрече, хотя точно знаю, что кинашей следующей ты уже изменишься. Предвкушаю, как буду знакомиться с тобой снова,

Запоминай темы нам на будущее,

Мара.
**
Письмо второе
(Неотправленное)
Изар, это я. Мара.

Я так хочу тебя видеть и слышать.
Но на самом деле я хочу видеть и слышать то, что ты покажешь мне и расскажешь. Тебя больше, но на самом деле это.
Я услыгала за несколько дней столько голосов, стрлько новых слов, имен и названий, что, кажется, они забываются быстрее, чем я запоминаю новое.
Мне нудно прочесть о кровотоке, о Точках (как ты и говорил!), о строительстве этой Цитадели и других Цитаделей, об учебных дисциплинах и о знаменитых Изумрудных заклинателях. Мне нужно поговорить с тобой о том, чему учит Карин (ведь ты у нее учился), и о том, как попала сюда Рийли (ведь ты должен это помнить, может быть вы дружили детьми).
Я должна спросить тебя, могут ли заклинатели ходить по воде (я смогу. Я правда смогу) или слушать стены.
Кто учился вместе с тобой и где они сейчас.
Неправда: я не должна этого делать. Мне это _нужно_.
Для чего, спросишь меня ты, и я отвечу - чтобы стать Цитаделью. Кажлый носящий красное снаружи - сама цитадель, и я должна..мне _нужно_ взять себе жти слова, эти имена, книги и стены, чтобы носить с собой, собой, как придворное платье и как дорожное платье, и как красное платье.
Я не могу оставаться внутри Цитадели, но смогу носить ее наружу, ведь внутри все равно людям так страшно бывать.
Я булу Цитаделью, Изар, и где-то в глубине меня всегда будешь ты.
Я булу приходить туда иногда (но не слишком часто, чтоб не остаться и не утомить тебя) и там, оттуда, писать тебе письма, и получится, словно мы беседуем, и я никуда и не уходила.
Между нами булет мост, Изар, и если таких мостов будет много, они перестанут казаться такими шаткими.

А я не боюсь шатких мостов, я приду к тебе даже по воде.
И уйду тоже.
Потому что мост должен быть _между_, Изар. А для этого..
Мы должны быть не рядом.
Но мне будет спокойно, если я буду знать, что ты ждешь.

Скоро увидимся. И будто я никуда и не уходила из Цитадели. Ведь я и есть Цитадель.
**

Письмо третье

Нет больше писем и слов,
Что не звучали бы клятвой.
Морем во мне плещется
Голос и вздох и взгляд твой.
Это море не перейти.

Стих горячий ворох всего,
Что я хотела тебе сказать:
Все сжимается до того,
Как ты заправляешь зА ухо
Волосы мне легко.
В этом нет никакого горя:
Только море
В твоих глазах.

Я когда-то умру, но вряд ли
Это произойдет в отчаянии,
Потому что я твердо знаю,
Время сделает круг,
Кто-то прядь кому-то
Заправит за ухо: обещаю
Что не вспомнит при том ничего
Кроме твоих рук

Вот: к тебе поишло
Все, что есть на свете
Без условий, что впереди.

Рядом с тобой все зло
Что горячий ветер нам обещает
Сворачивается и спит на моей груди,
Шепча:
Никуда не ходи.

Я лежу с тобой,
В этом нет никакой печали
Просто передышка
лежащая на пути.
**