«Мас! Если я сейчас побегу его искать, я упущу Тавию, упущу время.. но где же он пропадает?! Надо сделать, как Тэис, мышка, будь, как Тэис!» - Мара, следуя за Ларсом (до чего удобно, какая может быть толкучка рядом с ним?), заметалась взглядом по присутствующим, отыскивая Сэйлу.
Как можно быть такой красивой, как ей удается быть такой.. сильной? Эти косы.. страшно представить, какова она будет в красном. Она и сейчас как грозовое небо. Буря.
Мара отчаянно замахала девушке рукой, конда ей показалось, что наконец ее увидела.

Отредактировано Мара (2025-12-03 10:15:33)

- Сэйла! - Мара просияла, - Ларс, хочешь познакомиться с остальными учениками? Мне надо бежать, но прежде хочу у них попросить найти того, что тренировался утром со мной, Мас. Я с утра его не видела.. мне три порции с собой нужно взять, уважаемая! Для госпожи Тавии и для меня. И еще одну для юноши-ученика, Маса, его нет здесь, не оставлять же его голодным! Мы отнесем, спасибо!

Ухватив, что дали, и бросив вопросительный взгляд на Ларса, Мара принялась пробираться к столу ребят:
- Привет! Вон Ларс, наш учитель Реакции. Он видел, как мы тренировались с Масом с утра и готов исправлять наши ошибки. Но Мас, ребята: он целый день не ел, за обедом его не было! Мне нужно отнести еду госпоже Тавии, но, Сэйла, Элани.. ох, прости, Эллая! Нужно взять его порцию и разыскать его? Может, он пошел к Эхрису, но я там была и его не встретила. Или он снова на площадке.. не знаю.

Мара беспомощно огляделась. «Надеюсь, я хотя бы ее найду: нужно будет спросить слуг в Южной Башне»

Послушать ответы и (просто побыть с ребятами) поесть спокойно было соблазнительно, но Мара беспокоилась, что Тавия не дождется ее и позабудет о вчерашнем обещании девочки, просто пойдет спать и останется без массажа - а чем больше времени пройдет от предложения, тем с меньшим интересом та начнет относиться к этом, ведь так? Поэтому оставалось оставить компанию за ужином и двигаться на поиски.
Она оставила порцию Маса на общем столе, подхватила порцию Тавии, добавила к ней и свои пару мисочек с какой-то намазкой и виноградом, плюхнула сверху пару тонких лепешек, и распрощалась.
По мнению Мары, все должно было пройти легко: спрашивать заклинателей ни к чему, намного точнее о том, где сейчас госпожа Тавия, должны знать слуги. Однако, не очень очевидно было, как отличать одних от других, потому что в Цитадели, к удивлению девочки, кажется, почти никто не носил красного. Мара, которая _уже_ чувствовала себя без хоть красного платка или пояса неуютно, будто врала о самой себе, удивилась этой мысли, но решила не слишком задумываться: люди вольны играть во что хотят, если кому-то уютнее в стенах дома носить образ, почему нет?
Впрочем, она, кажется, где-то здесь видела девушку, которую называли Рийли: а Тавия говорила о ней, как о своей доброй знакомой. Может быть, Рийли знает, где именно Тавия должна сейчас быть? Нужно, значит, пробраться теперь к ней и спросить. Мара завертела головой, пытаясь разглядеть ту самую яркую девушку: такую трудно не заметить, уж право!
А уж как только она найдет Тавию, все будет как в прошлый раз: Мара постарается ей помочь и не опозориться, но постарается ее уговорить пойти в комнату поесть и отдыхать немного раньше. А там уж, в своей уютной обстановке, Тавии будет приятно расслабиться и уйти спать хорошо размятой? И ей непременно понравится - рассчитывала Мара, - только бы хватило силы рук! Иначе.. эхх, не было здесь ни нагретых камней, ни специальных ониксовых и нефритовых веретен, которыми можно было прокатывать по телу, слишком сильно напряженному и уже привыкшему к такому состоянию.. Впрочем, у Тавии такая прекрасная осанка, что, наверное, зажимов немного?
Где же Рийли? Если не увижу ее, решила девушка, пойду по привычному пути и поищу повсюду в Южной башне, где много хозяйственных помещений.

Отредактировано Мара (2025-12-07 14:03:54)

Мара любовалась вышивальщицей, как диковинной птичкой: такая та была маленькая, хрупкая, сверкающая. Сама она казалась цветной вышивкой, плетением из золота и кармина, на зеленой, несмотря на осень, ткани сада.

Слова пришли сами:

В башне узорчатой вьется иголка по бархату
Бьются о скалы Надежды моря Одиночества
Каждую ночь, когда пахарь устанет от пахоты,
Ляжет на пяльца накидка, чья темень, как ночь, густа

Брызги соленые стали туманом у берега,
Будто бы тайного острова стража безмолвная
Море рычит - нет у страха пса более верного!..
Знаю, любимый, что ты, как по тверди, идешь за мной.

Сяду в открытом окне, спрячу свечку ладонями
В пальцы - иглою, да нитку - серебряной буквою
Сон не придет. Удержу над волнами бездонными,
Вышью на темной материи мира судьбу твою.

И на рассвете увижу - дождусь! Я упорная!
Как, все моря одолев, на порог мой заходишь ты...
Брошусь! и плечи укрою накидкой узорною
И сохраню от усталости, горя и холода.

Мара подошла и молча присела на землю рядом, у ее ног, стараясь разглядеть узор.
Не удержалась, и мягко отвела прядь волос Рийли от ее лица, аккуратно заправляя ее под платок.

Отредактировано Мара (2025-12-08 15:47:13)

«Платье? Придворное?!»
Мара ошеломленно распахнула глаза, не в силах справиться сразу с поступившей информацией. Нужно было соскользнуть.. не подавать вида и разобраться потом.
Аяан.. что Мара о ней уже слышала? Ничего? Что-то? От кого?
(Какое певучее имя, как крик птицы на закате, крик, зовущий домой)
- Я с Ларсом еще и не начинала учиться, Рийли! Может быть, завтра. Могу ли я одним глазком взглянуть на вышивку? Мне очень нравятся узоры, которые можно ощупать и словно пройти по ним. Ты ведь пропустила ужин, знаешь? И Тавия тоже. Хочешь часть порции, оставлю тебе прямо здесь, в саду? А ты подскажи мне, где искать Тавию, мне и ее надо накормить.
Или пойдем вместе? Ведь уже совсем темно. Пойдем и, может, в мастерских Тавии найдется место, и я посмотрю, как ты вышиваешь..

Тугие завитки волос Рийли тоже были, словно тропы или витиеватые речи, и если коснуться их рукой, неизвестно, куда можно прийти. Если же они коснутся тебя.. они темнее, чем у Фирис, даже темнее, ох, Солнечная. Как отсюда пишут письма, письма от спятившей заклинательницы?
Может быть, мне вышьют солнечные блики на придворном платье, может быть, это будет письмом, ниточкой от одной к другой из вас, не имеющих ничего общего, кроме ниспадающих, вольных завитков.
Я единственное, что есть между вами. Это так страшно.

- Пойдем, поедим, Рийли?

- Я догадываюсь, улыбнулась Мара, аккуратно сворачивая ткань и проверяя, не осталось ли в вышивке иголки, - и не все, что движется друг к другу, соприкасается. Но воздух между ними колышется. Я делаю то, что делаю, ради движения. Как виноградные лозы выпускают усики, не зная, за что зацепиться.  А ты для чего предостерегаешь меня?

Кажется, впервые в Цитадели Мара ощутила спокойствие и даже..уверенность? В игры намеков и метафор можно играть с упоением, а если найти ключ, то восторг узнавания смысла мало с чем иным сравним.
«Пожалуйста, давай играть дальше; обещаю, что пойму!», - мысленно взмолилась она, потому что с Рийли было так же хорошо, как с Изаром, только совсем, совершенно наоборот.

- А не нужно смотреть ни на вино, ни на уксус! - рассмеялась Мара. - на запах уж точно отличишь, а там обоим найдется применение. В уксусе краски становятся ярче. А вот зачем людям вино, не пойму! Рийли, ты чудесная. Я буду просто смотреть, как ты вышиваешь, и может сама научусь. А ты будешь со мной разговаривать? Никто в этой Цитадели не говорил со мной так непринужденно, как ты. Ты, Изар и Ларс. Вы три башни: Ларс центральная, ты западная, Изар северная. Восточной окажется кто-то еще? Герард подошел бы, наверное. А Южная?

- Ты говоришь так, что легко отвечать. Многих других хочется просто слушать, - Мара оглядывалась по сторонам, запоминая дорогу на всякий случай, да и просто запоминая. - Я могу приходить к тебе за учением после Ванды, за пару часов до заката?

Мара мысленно прикинула: утро, чуть до рассвета и до завтрака отойдет Масу и, может, Ларсу, если он и правда нас возьмется учить. После завтрака к Ванде и Амаранту, заодно и Эхриса повеселить чем-нибудь. Потом Рийли и вышивка, потом огонь на башне, потом.. как мало остается на Тавию! И что же мне делать, когда занятия начнутся? Карин! Герард!
Кто такая Аяан? Что мне делать, если руки загрубеют от науки с Ларсом? Когда читать? Что мне делать, если так мало времени?

Но спросила вслух не об этом:
— Как ты знаешь, где Тавия сейчас?

- Обратную?! - Маре было ужасно смешно, - Ну, значит, мы гребем против течения! Я читала, что, справляясь с водоворотом, нужно идти прямо на него и сделать с ним пару кругов, а уж тогда выгребать что есть силы - тогда тебя отбросит далеко в безопасные воды. Но тут главное, чтобы корабль не развалился от силищи вихря. Как думаешь, мы развалимся? Ты давно в Цитадели, Рийли?

Мара принялась разглядывать коридоры в поисках слуг.

- Как вообще отличать слуг от Заклинателей?

- Умела шить и вышивать еще до Цитадели?! Будто мостик между двумя историями, да? - Мара отреагировала восхищенно, - Мне тоже 15.. или уже 16.

Свои дни она никогда не считала, а теперь и Ракия не считала, и день отсчета был днем появления Мары в Саду. Впору начинать считать заново с дня казни? Вот только зачем. Мара решила не считать. Потому что при мысли «двадцатьодин» ей срочно захотелось присесть и подышать.
Мне будет двадцать один? Двадцать один было Ракии, или 22? Я даже об этом не думала. А _ей_ через пять лет будет..
Тряхнув головой, Мара отогнала (нет) от себя страх.
Ларс сказал, действуй, не опускай руки. Я буду действовать. Я как Эхрис: просыпаюсь и не знаю, где _она_. Каждое утро.
Действовать.

- Тебе здесь хорошо, Рийли? Ты знаешь, что сейчас там, где ты жила до десяти? А там знают, как тебе здесь?

Мара опешила. Это была метафора? Иносказание? Шутка? Совсем непохоже, судя по тону ее голоса. Остановившись и взяв Рийли за рукав, девушка заглянула ей в лицо:
- Рийли. Рийли. Мост - он говорит: ты можешь идти. По воде, по воздуху, через огонь, у каждого свой путь. Но без моста трудно даже помыслить идти. А мост говорит - тебя ждут, ты дойдешь, шанс есть.
И твоя семья.. ты мост. Они не пишут тебе, но знают, что где-то там их сестра. А сестра - это не неведомый страшный нелюдь, это..мост. Между нами и людьми, которые помнят - в Цитадели есть свои. Рийли, я.. однажды я выйду отсюда и передам им твое письмо, так, что никто не проследит, откуда оно пришло. А может, и придумаю, как передать тебе весточку от них.и тогда мостом буду я, потому что благодаря тебе я знаю - мост нужен.

- Госпожа Тавия! - Мара замахала рукой, - Я пришла, как вчера обещала. Хотите, я постараюсь помочь вам со списком, а вы пока садитесь и поужинайте с Рийли, да? Здравствуй, - обратилась она к девочке, - я Мара, а ты? Что вы здесь ищете?

Мара потащила из-за пояса платок и обвязала волосы, чтобы растрепавшиеся пряди не мешали.
«я веду себя так, словно Цитадель мой гость. Так вот оно что, вот для чего мы слушаем их и служим им, следуем по их пути! Вот для чего. Чтобы постепенно становиться ими, вбирать их в себя. Гости постепенно… всегда устают от этого, от самих себя рядом с собой. А Цитадель?»

- Хорошо, - Мара кивнула. - Милия. Рада знакомству. Я готова.

Амалия новорила, в Цитадели редко ррждаются дети. Должно быть, дочь Тавии была очень желанной. Мара посмотрела на девушку со странным, смешанным чувством. Всегда жить дома? Они так непохожи с матерью: тростинка, растущая в тени дерева.
Кроме того, смешанное чувство касалось и «ревизии»: прежде мара слыхала его только от гостя, и тот произносил его с чувством от раздражения до ужаса. Но что в ней может быть страшного? Ну, допустим этих сундуков 20.. нет, только в банной комнате было штук пять.. ну, пусть пятьдесят? Ага, начинаю понимать».
- Мне кажется, в конце сегодняшней работы и тебе и госпоже Тавии пригодится массаж: спина будет болеть наверняка!

- Тогда зачитывай по пунктам, - ухмыльнулась Мара и почти целиком скрылась в сундуке. То, что она услышала в списке - а затем и обнаружила в полном соответствии в ящике в углу, затем в другом, на вид более ветхом - повергло ее в безмерное удивление. На свертках, стеклянных сосудах и глиняных кувшинах, запечатанных воском, были подписаны диковинные названия. Все по списку, но что это? «Едкий натр»? «Цеолитовые фильтры»? «Соляная кислота»? Уксус это понятно. А «Потасса» что такое? И зачем например хранить керамическую крошку в мешке? А яичную скорлупу?! С каждым «здесь!» ее ответы звучали все более недоумевающе.
Наконец все банки, склянки и мешки были пересчитаны и Мара выбралась наружу, перепачканная пылью от «Белой глины» и еще кто знает чего.
- Апчхи! Как будто все есть.