Мара прыснула со смеху:
- Да мы сюда и пришли бить друг друга, при этом не вредя, и достигать придуманных целей, которые нам не нужны! Это игра, Мас, как буквы - сам рисунок ни на что не похож, но зная, для чего он, можно составлять целые истории, похожие на жизнь.

(Тише, сказала ей Мара у нее внутри. Понизь тон. Говори меньше, и паузы между словами дольше. Будет казаться, что ты умная)

- Давайте тогда так, - из замызгавшейся уже сумки Мара извлекла мелок и поперек своей блузки вывела «ВОР». - Представь, что я не Мара. Что незнакомый вор, хмм.. Ивис, иди сюда. Вор обманул Иву и уведет его из Цитадели - за грань этой площадки, если ты его не поймаешь. Можно вора не бить: просто поймай и сотри слово ВОР. А Вор будет убегать и отбиваться. Остальные - хотите, как с падениями? Никто не знает, кто за кого: можете мешать или помогать вору или Масу-сторожу, можете менять сторону по желанию. Как вам такая игра? Можешь такое представить, Мас?

«Иногда написанное врет. Никто не знает, кто есть кто, зато всем ясно, кто тот, на ком это ясно написано. А еще есть другие способы достичь цели, кроме причинения вреда».
Но этого не было смысла говорить вслух.
Кого она представила вместо Ивиса, чтобы очень, очень хотелось убежать вместе, она тоже никому не сказала. Просто схватила парня за руку и помчалась к краю площадки.
Если честно, палка очень мешала. И Мара была почти уверена, что все просто стоят и смотрят удивленно, и никто не присоединится к игре.
Ну что ж, тогда она просто поьедит и все.

Мара и хотела сложности. Она падала, катилась, уворачивалась, отмахивалась и палкой и безрукавкой, то и дело теряла Ивиса и снова находила его руку, и не успевала уследить за тем, кто ловит ее, а кто помогает. Для этого она все и задумывала. Пусть сейчас ей не видно, атакует ли Мас, перестала ли бояться Эллая, кто играет в союзе с кем - потом можно будет расспросить и узнать, но главное - игра идет и все чему-то учатся. Когда она увидела Маса просто стоящим перед ней, не желая воспользоваться ситуацией и напасть, что-то так сильно сжало ей горло, что пришлось быстрей что-то выдумывать и говорить, тормошить всех, чтобы не бояться.
«Всех так и тянет тебя опекать», сказал Фланн вчера, и это было очень страшно, потому что опекать такую слабую мышку опасно. Для Ракии это окончилось дурно. И страшно подумать, что бы случилось, пожелай кто-нибудь напасть на них с наставницей. А теперь Изар..
«Я должна быть не просто сильной - потому что просто _достаточно_ сильной мне никогда не стать. Я должна быть полезнрй, чтобы никому не пришло в голову меня бить, а если поишло - пусть у меня найдется побольше защитников, не только мои родные!».
Последняя мысль заставила Мару похолодеть, до того она была мерзкой. А застыв от стыда, она немедленно пропустила чей-то удар, кто-то схватил ее за шиворот, и она только постаралась последним движением, прежде чем ее изловят, что было силы толкнуть Ивиса, чтобы тот вылетел наконец за край.

Огромное и совершенно бессмысленное счастье наконец тоже догнало Мару, и не нужно было никакое мерзкое хмельное питье, она была пьяна так, как никогда ей не удавалось опьянеть или хоть просто развеселиться хмельным. Она довольно повисла на держащих ее руках и тоже расхохоталась.

- Ну молодцы! - наконец выдавила она сквозь слезы, - остались без своего товарища. А могли бы мне что-нибудь полезное за него предложить, может, обрели бы нас обоих. И был бы у нас договор! Ну или, пока я торговалась бы, подобрались бы тихонько и схватили. А самое главное - что вы теперь-то со мной делать будете?!

Невероятное чувство. Будто ее обнимали сразу все - и одновременно горькое-горькое, будто бы она совсем одна.
Наставница, где ты и что с тобой?

- Мы те еще кто? (Этого слова Мара не знала). А ты, вроде, знаешь немало о Цитаделях, раз сам выбирал. Что говорят о какой? Там, где растили меня, все были одинаково колдуны или жрецы, и все при упоминании озирались и страшные сказки рассказывали, когда хотели побояться. Я их с полсотни знаю, одна страшнее другой. Отпустите, я хоть слезы вытру!

«Сейчас они меня выпустят, и я удеру. Надпись-то не стерта пока!»

— А где Ларс-то, интересно? - добавила она вслух, оглядываясь. -  Сегодня не будет нас учить?

«Да! - подумала Мара, - соскучилась. Я, кажется, начинаю скучать как только отвернусь. Как это случилось?»

Развернуться она постаралась сразу в стойке и держа палку правильно.

- Нам трудно тренироваться без тебя или еще кого-то. Мы не можем как следует друг на друга напасть. А на тебя можем.

«Вовсе нет, - промелькнуло у Мары, - и это неправильно. Раз за разом меня подталкивают к тому, чтобы я нападала, но я не собираюсь напалать ни на кого первой; и вероятнее всего столкнусь с тем, что на меня будут нападать более умелые противники. Вот чему я хотела ьы научиться: защищаться и защищать».

Пока все кинулись на Ларса, она осталась стоять, любуясь на возникшую свалку. Вероятно, его действительно никто так и не коснется.
«Это должно быть похоже на то, как в Битве войско пяти королей атаковало заклинателей. Первые волны просто разбивались о силы, данные Звездой. Но потом заклинатели все-таки начали уставать.. и тут приду я»

Мара начала высматривать, с какой стороны лучше будет подойти, чтобы атаковать Ларса, пока тот отвлечется на остальных. Возможно, прижмется к стойке, спрятаться за ней,  а когда будет ее обходить или перепрыгивать..

«Бездна! Да что за чушь. Не могли короли так быстро узнать о падении Звезды, об особых способностях тех, кто жил в крепости колдунов, и сразу после Фейриума собрать хорошо снаряженную армию союзников! Прийти и сразу ударить! На это нужно время! Если _они_ не хотели переговоров, почему заклинатели их не предложили прежде, чем вышли драться?!»
Звезда упала летом, сказал Изар. А Битва случилась уже в начале осени. Как, заклинатели что, похвалялись своим новым могуществом? Напали первыми? Что за бред..

Отредактировано Мара (2026-05-21 18:01:04)

Мара дождалась, пока Ларс будет достоточно близко и достаточно занят, отбиваясь от остальных, и, не размахиваясь, чтобы он не заметил движения, толкнула палку вреред, стремясь попасть в спину или хотя бы в бок, направляя движение от всего тела, чтобы управлять рукой максимально точно.
До шеи не дотянусь или он заметит меня открытую, попасть в сердце мешают ребра.. куда должны ударить, чтобы заклинатель больше не смог заклинать?
Выбирать не было времени, второй случай мог и не представиться: Мара направила колющий удар куда-то в бок, в область селезенки, и в тот же самый момент поняла, что ударила так же, как ударил ее наставницу кто-то неведомый, очень давно, ножом из Звездного металла.

Отредактировано Мара (2026-05-21 18:12:43)

Плохо ей было. Удачно, что оружие у нее выбили, потому что иначе с желанием его отшвырнуть пришлось бы побороться. Сейчас она понимала отчаяние Эллаи на прошлой тренировке как никогда.
«Я просто не хочу никого убивать. Это.. от этого больно мне».
Но тут же она поняла, что так и надо. Иначе, как Ларс и говорил, смерть перестанет чего-то стоить. Если у всех так же, как у нее,.. _что_ же ты испытываешь, когда бьешь, чтобы убить, и тебе плевать на боль, которую ты от этого ощутишь?

- Плохо, что промахнулась? - спросила она, на всякий случай (на самом деле она сделала это неосознанно, даже не задумавшись) спрятав руку в складки шароваров так, чтобы никто не заметил повреждения. Она не выбыла, она еще может играть!

Отредактировано Мара (2026-05-21 18:49:06)

- Я понимаю (о, как она понимала!). Я просто могу выжить.. не такой, какой хочу быть. И это тогда просто смерть, но другая. Худшая.

Мара вспомнила, как недавно раздумывала о том, что, когда вокруг много защитников, пострадают скорее они, а не ты и не твои любимые люди.

- Рамон пришел к королям с теми, кто доверял ему, помогал ему.. и потерял всех. И самого его не убили каким-то чудом. А мог сбежать еще тогда, когда остальные бились. Он хотел выжить, но..собой.

Прозвучало это как подарок. Учиться, приносить пользу.. приносить завтрак. Интересно, как ьы удрать из столовой с двумя порциями так, чтобы никто не спросил, куда?
Нет, надо прояснить с Изаром, можно все-таки другим говорить о том, что они вместе, или нет.  Уфф, неудивительно, что гости платили за простой путь!  Скорей схватить палку, встать в стойку и учиться!
И это оказалось совсем непросто, потому что запястье и порезанная вчера ладонь болели, а в конце тренировки болело вообще все: но, когда Ларс просто говорил, что делать, и они все делали, как же это было хорошо!

Вот только вернуться под бок к Изару хотелось все нестерпимее. Неужели он заслонит и Ванду, и Эхриса, и Ларса, и Рийли, и Тавию, и ребят? Мара подумала об этом немного, а потом принялась думать о падении Звезд, и наконец-то успокоилась.
Интересно, в библиотеке наверное есть нельзя, должно быть, Изар будет ждать ее у себя. Нужно сказать ему, что она придет дальше копаться в истории после обеда.

Отредактировано Мара (2026-05-24 10:42:33)

«Познакомиться со старшими и договориться о дополнительных тренировках, - перебирала Мара пункты собственного плана, - найти Герарда и попросить о помощи с контролем. Добыть две порции еды и отнести Изару. Добраться до Ванды и тоже попросить о помощи. Погулять с Эхрисом, пока он не поправился окончательно и не ушел. Вернуться а библиотеку и снова перечитать все, что добыл для меня Изар по Звездам. Повышивать прямо там в библиотеке, чтобы было что показывать Рийли назавтра. Вернуться к Тавии и помогать ей в чем попросит».
На деле ее пока что хватило только на то, чтобы пробиться к столу и ухватить две уже готовые, отставленные служанкой в сторону порции, развернуться и как можно скорее удрать из столовой с лицом «я вообще не понимаю, где нахожусь», пока никто ничего не успел спросить.
Пойду сначала к нему в комнату, а если его там нет, отнесу в библиотеку. Где же я могла потерять флакончик? Где же она сейчас? А Ванда сможет помочь? А..
Думай о Звездах, маленькая мышка. Там есть хоть какая-то предсказуемость. Она точно там есть. Это невозможно отрицать. Все остальное можно.

Пфф! Мара прыснула со смеху, расставляя деревянные миски на столе так, чтобы стол превратился в тайный пикник влюбленных. Чуть нарочитый беспорядок: мы бежали и спрятались ото всех; чуть ближе составить тарелки, чтобы таскать кусочки и кормить друг друга. Мы склонимся над столом и наши волосы опять переплетутся.. ох. Чувство, возникающее внутри каждый раз, как ее мысли возвращались к произошедшему, было новым. Она знала, как распознать его в других, но понимать, что его могут увидеть в ней самой и в ответ _коснуться_ так, что.. ох, нет, сначала мне нужно к Ванде.. но что, если Изар сам все умеет, он же заклинатель!  Она в ответ на такую просьбу просто как следует выкупала бы гостя в очень горячей воде… но ей нужно другое.
А теперь чуть сдвинуть занавеси на окнах.. потом я их поменяю.. и если приоткрыть вот так, то золотой луч будет плясать на столе, и тени станут причудливыми, резными.
Я могла бы любить тени, если бы не знала, что за ветви их отбрасывают, что за волны создают эту текучую рябь отражений на потолке.. могла бы любить эти волны, если бы не знала, что они лишь часть огромного океана, случайно попавшая сюда для опреснения.
Опресненная вода наверняка сливается в рещервуары, из которых насосы качают ее куда угодно, от бассейнов в купальне до кухонных емкостей.. и резервуары находятся ниже уровня сада, много ниже, иначе размывалась бы привозная земля.. а спуститься туда можно.. с кухонного колодца или там, где слуги чистили колодец Тавии, или.. есть еще место, я его (слышу) найду, нужно только идти вслед за бликами, вторящими плеску своей воды..
Тин.
(Осознание! Удержание!)
Если кровь моя подобна воде, текущей в теле Цитадели, то вот я смотрю на себя и вот, восточная башня, где мое сердце; вот лоно мое, впускающее лодки под зелеными парусами; северная башня, глядящая на горизонт - голова, где стражники-мысли; вот рука моя, башня запада, держащая оружие, и ладонь ее раскрыта для _подписи_.
Я и Цитадель возьмемся за руки и ее пути я почувствую в теле, как свои.
Тен.
(Стой!
Раз на черепахе журавль плясал,
Я слышу! Тин-тан! Он скользнул и упал!)
Осталось смешать свою кровь с твоей водой, сестра моя, Цитадель. Имя твое с моим именнм нераздельно, песня моя со словом твоим одно, в моих легких дует ветер, как в расколотом куполе, позвоночный хребет - огонь твоего маяка
(Чья встреча?
Чей вечер?
Кто там за спиной?)
Мли глаза видят план Изумрудной Цитадели, но моя кровь видит больше:
Я хочу увидеть, где из этой крепости человек может войти в подземелья под Цитаделью, туда, где когда-то были русла подземных потоков.
Таково мое намерение.
(Тебе не хватит крови!)
(Тогда пусть вода Фейриума поможет своей сестре)
ТАН

«Все хорошо», отозвался изнутри голос наставницы. Ты здесь, конечно, здесь. И я..
«Я теперь знаю! - была следующая мысль, - осталось просто.. пройти».
«Изар, прости, я все испачкала!»
— Ванда, - вот только поднять веки не проще, чем тяжелую плиту, и свет дрожит сквозь ресницы, интересно, он ощущает их вес? - Ванда, а можно сделать так, чтобы мое лоно не зачинало?

Отредактировано Мара (2026-05-25 08:14:49)

— Если бы поела, меня бы.. стошнило, столько поворотов! - Мара хотела посмеяться, но ведь и правда тошнило даже так! Дышать было легко, восхитительно легко. - Не ругай Изара, пожалуйста, он ни в чем не виноват. Я ему еще и комнату испачкала.. ох.
Ну конечно, теперь все узнали. Я не сберегла тайну, как он просил, как стыдно.
Но ей не было стыдно. Она торжествовала. Вот так это? Я хочу и я беру? И все знают, но никто не отнимет?
Мелькнул образ девочки с ее темными глазами и восхитительными, чудесными светлыми кудрями Изара. Такая была бы куда красивее ее самой, а мне сказали, что я красивая. Мелькнул, и она прогнала его. Потому что Звезда упадет очень скоро, а еще до того..
— Меня нужно научить. Только так.. чтобы дитя не успело.. чтобы моя кровь и его не успели соединиться! Иначе лучше уж совсем и навсегда, заранее.
(иначе эта девочка не простит меня)

Мара попыталась подняться, найдя ладонью руку Изара и опираясь на нее.
Все было хорошо. Как же хорошо, когда те, кого я.. когда рядом близкие. И она.
Мара чувствовала, что наставница оставалась там, в ее тайном доме внутри нее самой. Там, где она сказала ей «все хорошо» еще тогда, когда Мара уходила в тени других занавесок.
Там, где теперь, в мариной невидимой библиотеке, было знание о том, как выйти из Цитадели к руслу подземной реки. Она еще не прочла эту книгу, она так велика и тяжела, но она теперь есть.
«Я успею. Я все успею. Никогда не закончу». Несмотря на тошноту, на боль и слабость, и навязанный самой себе стыд, это была торжествующая мысль.