Первая утренняя мысль была: занавески совсем неподходящие. Нужно зайти к Тавии.. Тавия! Произошедшее вчера вечером точно не было сном.
Вторая мысль: проспала тренировку с Ларсом и ребятами! А обещала прилежно учиться.
Третьей - и самой сладкой мыслью этим утром - было желание просто прижаться к Изару, такому уже родному, теплому, разморенному, и продолжить то, на чем остановились, забывшись сном.
Вместо этого Мара встала. Оценила свою готовность к новому дню: оценка была не очень, что ж, возьмем что есть. Бежать на площадку уже не было смысла, оставалось ловить ребят на завтраке, а потом к Герарду, значит, принести завтрак в комнату она не успеет.
С сожалением она потеребила спящего Иара за плечо, скользнула пальцами в волосы, разлохматила их, поцеловала в висок:
— Просыпайся, нежность моя! Пойдем позавтракаем и пора открывать библиотеку!

— Бери, сколько ухватишь! - Мара попыталась задержать эту улыбку, целуя в уголок губ, но улыбка все равно скрылась. Тут или улыбку ловить, или время. - Я бы сбегала туда и обратно, принесла бы еды, пока ты валяешься так сладко, но мне к Герарду с утра надо. А поесть без тебя - это совсем не то. Поэтому все-таки просыпайся! Изар, а какой твой любимый цвет? - Мара осматривала занавески. Светло-голубой? Бежевый, чтобы оттенять солнечное золото? Полосатые? - А время года какое?

— Я просто хочу завтракать вдвоем, неважно, носить еду или тебя к ней, - пока Изар выбирался из-под покрывала, Мара поцокала языком на его идеально сложенную одежду на стуле рядом.. и свою слишком большую, сброшенную кучей у двери. Притащила оба комплекта, чтобы кинуть на кровать, и устроилась одеваться, сидя на краешке. - Синий, любой, будет неплох, но в пасмурные дни ты от него устанешь. Никакой теплый бежевый или коричневый не оттенит тебя достаточно, золотой мой, и ты будешь светить ярче солнца, это тоже непорядок. Может белые? У тебя пыльно тут, не знаешь? Быстро будут желтеть?

Посерьезнев, она обернулась к Изару.. залюбовалась его телом и тут же рассмеялась, потому что он смутился от ее слишком откровенного взгляда:
— Хочу, чтобы все в этой комнате было сделано мной, но показывало только тебя, шло именно тебе. Ты такой красивый, мне нужно очень четко помнить здесь всё, а тебя я точно не забуду. Чтобы ты был в каждой детали. Тогда я смогу прийти сюда откуда угодно.

- О, я буду настолько осторожна, насколько это не мешает эффективности! - беспечно отмахнулась она, - как ты предполагаешь мне добиться стабильности, если я не буду практиковать, а? Я специально иду к Герарлу, чтобы полюбоваться на то, как кчат заклинать тех, кто заклинать не может!

Конечно, не за тем, думалось Маре, пока они, рука в руке (случайно! Как не касаться его?), пробирались к столовой, то и дело кивая и махая руками тем, кто смотрел на них (одна девушка, уж не Дариа ли? тоже светлоглазая и темноволосая - смотрела так, что у Мары мурашки пробежали по спине. В купальне никто ни за кого не дрался, но ожидать стекол в туфлях и иголок в ручке веера всегда стоило).
Герард просто обладал знаниями о человеческом теле, в которых она нуждалась, нуждалась отчаянно. Слушать его было будто самой путешествовать по тем алым дорогам, которые он так причудливо называл. Из того единственного разговора, что был у них, Мара вынесла лишь одно - этот человек щнал, что аме связано и все двигается согласно. Таким образом, он тоже был ее союзником, даде если пока и не знал о том. Мара предполагала, что сможет _договориться_ и с ним. Он, кажется, совершенно безжалостен.. потому что знает, что жалеть не о чем. Это, именно это и следовало понять, и вот чему она шла учиться.

— Смотри, Изар, вон та девушка, - шепнула Мара, выдергивая себя из размышлений и прижимаясь теснее к спутнику, - как хорошо, что я первая успела к тебе! И как же ей жаль. Но я-то успела, а она впредь будет проворнее!

Подумать «что я несу и зачем» не зватило времени, слова будто сами вырвались из нее, и это было так странно и непонятно, что Мара сама опешила. Хорошо, что они уже садились за стол.

— Ничуть не показалось. Просто быть таким красивым как ты бывает сложно. Но ты как-то умудрился остаться не просто красивым, но и добрым. И честным. Мне ужасно повезло.

Маре пришлось отвернуться, потому что не оббоваться Изаром действительно было непросто. Хотелось вобрать его в себя целиком и носить в сердце. Может, действительно сделать занавески темно-вишневыми, или насыщено-розовыми, как сливовый цвет? Тогда ему всегда будет тепло.
И в этот же момент Мара почти закричала, едва сдержавшись - когда поняла, как больно ей будет его оставить, оставить Изара. Вздрогнув и до боли сведя лопатки, она смогла лишь уткнуться ему в плечо, чтобы сдержаться.
Я не смогу его бросить, не смогу. Стены выиграли. Неужели.. неужели.
Я позову его с собой, вдруг решила она, позову, потому что не могу не позвать.
И тут же пришла другая мысль: я должна извиниться перед Эллаей. Она была такой смелой, а я не поняла. Такая глупая мышка.
Не представляю, как должно быть страшно умирать. Жить невозможно страшно все время.
Поговорю с Эллаей после уроков. А с Изаром..тоже поговорю. Я тоже буду смелой.

Мара углядела всю стайку ребят уже убирающими со своего стола - с преувеличенным проворством, чтобы не велели убрать и с остальных до урока, поняла она, вспомнив их жалобы. Пора было мчаться к ним, пока они не ушли без нее.

- Мой хороший, - Слова шли с трудом и Маре кащалось, будто горло сдавливает веревка, - ты мог бы сказать Ванде, и может, Эхрису, если он еще там, что мне на урок надо, и я сегодня, может, не умпею прийти? Но если успею, буду!

Отредактировано Мара (2026-06-21 14:11:22)

Поспешность, которая прозвучала а его голосе, покорность, с которой он согласился покинуть ее на несколько мгновений раньше, снова чуть не заставила Мару вскрикнуть.
«Подожди, помедли, поцелуй меня, прикоснись!» - но конечно, она тоже встала на ноги и на прощание сильно сжала Изару руку, а потом смотрела на его спину, ощущая, как тянется вслед - но не рукой, а взглядом, или, может, сердцем: иначе как обьяснить чувство, будто сердце вынули и Изар унес его с собой.
Если так мы будем расходиться каждый раз, то.. я должна привыкнуть, нужно привыкнуть, надо идти теперь.
Мара развернулась и, лавируя между людьми, чтобы скрыть неверный шаг, помчалась к ученикам. Помогло зацепиться взглядом за Маса и идти прямо к нему.
— Привет, я проспала тренировку. Что было? А сейчас хочу с вами к Герарду, думаете, он примет меня?

— Верно, я же у Изара была, - смутилась Мара, - столько от меня хлопот! среди ночи или рано с утра меня у него искать нужно. Это не так далеко от меня, в самом конце той же галереи, но до поворота. Расскажите хоть, как вас Герард учит, раз вы пока не заклинаете, чтобы я не сидела с открытым ртом! Я почти ничему до Вспышки не успела научиться.

— Вот этого и мне надо, - восхищенно отощвалась Мара, - Это ведь не только в заклятиях пригодится. Без кровиини один человек выить не может: ни заклинатель, никто другой. Никогда я не пойму, как она делится на Истинную или нет. Все мы платим ей за исполнение своих желаний: так или иначе.

«А еще вас будут учить очень долго, три или даже пять лет. И за это время вы узнаете очень много - непонятно даже, знают ли все это доктора за стенами?»

- А сам Герард вам как?

Идея о том, что юный Герард мог бы прийти в Сад, как приходили в поисках опыта многие богатые дети (Томен, например. Он любил цветы), потрясла Мару до глубины души.
Она позволила себе поиграть с этой идеей, потому что представить, например, Герарда, выбитого появлением Тэис из привычного спокойствия, было куда сложнее.

— Я не всех на Пирумисе знаю, - хихикнула Мара, - но было бы невероятно забавно познакомиться с ним там до казни. Я его впервые увидела в день, когда меня убили, на площади (вместе с Амалией. Вместе с ней). А второй раз, когда я.. чуть не убила Эхриса, в Велестре. Как думаете, этого достаточно для знакомства? Но да, оба раза ему ьыло поевать, что я чувствую, однако во второй раз он это учитывал. Так что нет, не плевать. Он просто рассматривает чувства по-другому: как обстоятельство. Мне это очень.. помогло, когда мы с ним об этом поговорили.
И учит он чудесно, я один раз задала вопрос, а размышлений мне хватило надолго. Мне он нравится. И я его боюсь

Отредактировано Мара (2026-06-22 09:20:54)

Мара сбилась с шага. Всю ее жизнь? По пути с завтрака на урок?
Стоило некоторого труда не хихикнуть немножко нервно.
— Расскажу. А давайте вечером? На уроке этики, если Тэис это будет удобно, расскажем о том, как Кровь вела каждого из нас. Это же тоже про Договор, верно? Или после урока, все равно будет время.
А то мы придем скоро и придется прерываться на самом интересном!

Мара, входя, кивнула-поклонилась Герарду, и скинула обувь совершенно не задумываясь: просто, кашалось, как и на площадке для тренировок, песочное покрытие того требовало.
Неизвестно, чему их обучат сегодня, но наверняка это будет нечто удивительное. И все же Маре было печально: устройство тела человека так сложно, что за несколько недель не изучить и малой части, тем более, если прочие ученики собираются разбираться в нем пять лет. На скольких бы уроках мне ни удалось побывать, я не научусь достаточно. Для таких, как я, простенткого практического обьяснения, пожалуй, не придумано?
Мара чувствовала сеья виноватой и будто бы обделенной: ведь говорила де Герарду, что булет просить обучать ее, а сама так долго не шла.

— Здравствуй, Герард, прости, можно и мне послушать со всеми?

Это нужно обдумать, мотнула головой Мара. Информации было сразу очень много и трудно было понять, куда ее применить, кроме сравнения с чем-то еще. Нужно понять, что на что похоже, и она поймет, как все работает.
Больше всего ее потрясло, с каким спокойствием Герард говорил «мы не знаем».
И никто не знает. Это делало все вокруг страшным и увлекательным одновременно, и Мара пока не понимала, чего больше. А Герард: что из этого ближе Герарду, или ему действительно все равно? Но если так - как он вообще мог все это выучить и разузнать?!