Маре любая ручная работа была сейчас в радость, а запах и масло.. что ж, она вымоется потом. Перед тем, как пойдет к Изару. Нужно будет не засыпать потом. Чтобы тренировку снова не пропустить. Так хочется еще встретиться с ребятами на рассвете, увидеть Ларса. А пока
Теперь она знала, что песенка про Звезды помогает разделиться. Мара принялась наревать сеье под нос и осталась точкой внутри себя, там, где бьется сердце, и не знает, почему - а потоком постаралась отправиться туда, где вчера проходили с Раером, восстанавливая путь шаг за шагом, к тому месту, где вчера оставила груду камней.
Можно ли почувствовать недавнее заклятье? А _свое заклятье?
И если расстояние не имеет значения, может ли одна Мара быть здесь, а она же - взойти на стену, прикоснуться к обтесаным камням и (первую крепость строили заклинаниями) починить сломанное ей же накануне?
(Осознание)
Для этого, наверное, нужно стать очень большой, чтобы двигать камни было под силу. Или представить себе их маленькими. И двигаться очень, очень осторожно, чтобы не задеть огромными, размашистыми движениями мары-великанши маленькие, беззащитные сонные точки вокруг.
Я возьму камешек. В кармане. И буду его крутить так осторожно, как надо.
(Удержание)
Ну же, маленькая Мара-сердце, ты _понимаешь_, где находится и что собирается сделать огромная мара-поток? Ты чувствуешь камни под пальцами?

Отредактировано Мара (2026-07-09 22:21:23)

Для действий на расстоянии ей предстояло научиться _знать_, что там, вдалеке, происходит. Если она не могла послать свой поток впереди себя, значит, как-то по другому? Можно ли смотреть глазами крысы или птицы? Можно ли - узнать, на что смотрит, и чего касается другой человек? Страшные сказки говорили: да. Из слов Герарда более или менее следовало, что есть не одна общая система, но _что_ ты можешь ей сделать - не знают доподлинно до сих пор, и всякий изоьретает свое болееили менее «красиво» или «эффективно», хотя чем отличается красота от эффективности, то есть, согласованности, уместности - было непонятно.
Что ж,

— Давай, - Мара встала, - пойдем туда, где были вчера? Я там напортачила и хорошо было бы прибрать.

— Я сломала, мне и чинить. Как я иначе опыта наберусь? - хмыкнула Мара, - Мас тоже приехал с Амалией в Цитадель. И я ему больше чем себе доверяю. И он.. пока ученик, так что, когда я уйду, он останется. И будет хорошо, что вы будете знакомы. Раер, я вчера тебя напугала, не представляю, каково тебе было сегодня. Я ничего о ее судьбе сейчас не знаю. Просто знаю, что самый простой способ избавиться от того, что мешает больше, чем помогает - это уничтожить помеху. Иннар немолод, он правитель, на него должны давить другие, ему нужен законный наследник, и.. если другие Цитадели не объединены с нашей, а..соревнуются за подарки правителей, то для них Амалия тоже помеха.
Когда меня казнили, Амалия приехала на Пирумис по приглашению брата архонта. И в тот же день, что она спешно убралась с острова - убралась, увозя меня, поднятую Вуалью!, - погибли наследники Цветов. У Пирумиса не очень хорошие отношения с Титаниумом по..рабочим вопросам: некоторые навыки корабелы и звездочеты никак не поделят, например. И не представляю, какие, например, отношения у Рубиновой Цитадели с Изумрудной, учитывая это.. покровительство.
Если Пирумису сейчас вздумается обвинить Амалию в происшествии с Цветами, в сговоре с Неттой, Иннару просто нельзя оставаться с ней в связи, и на этом будут настаивать, боюсь, и Аргентия, и Фейриум, на чьей территории стоит наша Цитадель.. и даже Рубиновые.
Она верит, что Цитадель ее защитит. Но я не верю. Поэтому я хочу перетянуть внимание и Цитаделей и правителей на что-то другое. Пусть она снова станет им нужна живой, всем им!

Отредактировано Мара (2026-07-11 21:48:32)

— Однако, тебе трудно верить, что что-то поможет Амалии, - отозвалась Мара его же словами, - Мне все говорят сегодня, что я, разумная девочка, должна говорить с Советом, если хочу, чтобы меня услышали. И если мне удастся _убедить_ тех, кто, как ты говоришь, давно обо всем позаботился, тогда, быть может, мне удастся то, что не удалось Амалии.. она ведь наверняка тоже уже говорила с Советом о своих желаниях и мечтах. И ей ответили «думать ты можешь все, что захочешь, а делать будешь так, как лучше для всех», - Мара запомнила эту фразу, этот голос. — Послушай меня. Я считаю ошибкой переубеждать тех, кто добился своей цели и просто хочет, чтобы ничего не менялось. И считаю, что, сколько бы я ни оставалась внутри Цитадели и обучалась тому, чему позволяет обучиться Цитадель - мой голос не зазвучит громче тех, кто составляет учебники и подчищает летописи в библиотеке. Я думала, что, если выйду наружу и буду жить так, будто всё уже изменилось - я хотя бы покажу другим, как можно жить еще. Но вместо того, чтобы меня слушать, мне пеняют, что я не разбираюсь в мужчинах: хотя мы говорили вовсе не о мужской силе, Раер, и я видывала в Саду мужчин постарше Иннара. Вместо того, чтобы слушать мои аргументы, мне просто отвечают, что я дитя и все нужное уже сделали взрослые. Я поняла. Я не впечатлена тем, что сделали взрослые. Если честно, я в ужасе.  Значит, мне надо вырасти. Быстро вырасти. Давай драться: если меня сегодня не исколотить до потери сознания, я просто не смогу отключиться вообще. А у меня завтра на рассвете тренировка, я и так пропустила одну.

— Старый Договор заключался между равными.. хотя бы противниками. А сейчас мы сборище  (наложниц, хотела она сказать, но сдержалась, найдя другой..мост) кочевничьих племен, которые отдельно платят дань и отдельно получают воду, а потом стравливание нас между собой называют поправками и развитием отношений. И даже когда мы вместе на бумаге Договора.. нас все равно убивают по одному, как Каэриса. И ты вот предлагаешь бить нас по одному. А для того и обьединяются, чтобы драться со всеми вместе уже не так хотелось! Но вообще-то драться пришла сюда только я, и то невсерьез. А Мас сделает.. что и как хочет, и сам скажет. У нас тут не битва, а.. совет.

И слезы и смех брызнули одновременно, до того это было уморительно. Все связано и все играет со мной. Погоди..,

— Да ты играешь со мной! - теперь Мара улыбнулась широко и искренне. Благодарно.

— Чинили заклинаниями?!
(Можно ли почувствовать заклинание? Свое? Чужое? А сосредоточиться на токе крови Раера, чтобы знать, когда он напряжется, когда глубоко вздохнет, когда готов.. атаковать. Это уводит внутрь больше моего внимания, чем займет просто наблюдение за внешним.. хорошо, буду просто внимательна)
— Хорошо, я первая
(Но это не игра, значит, правил нет)
— Но это не игра, значит, правил нет?

Мара осталась стоять совершенно спокойно, глядя прямо на Раера и пытаясь просто быть внимательной; подмечать его готовность двигаться, и что двинется первым.

— Неважно, кто там что любит. Важно, как надо. Видишь, я поняла главную мысль, касающуюся инструментов. А для того, _кто_ делает, неважно, каким инструментом и как - главное, _что_ будет сделано. Прелесть работы с людьми в том, что они могут отказаться выполнять, еще и противиться выполнению. О.., - Мара улыбнулась и растерянно, и горько, - теперь я говорю, как Вуаль. Пытаюсь каждого заставить отвечать каждому. И либо жертвовать временем и возможностью, - как в истории с твоим пленением, - либо действовать  в обход возражений. Амалия выбрала второе. И любое заклятие выбирает второе: идет мимо законов природы и делает то, что нужно.

Говоря, Мара продолжала стоять, внимательно наблюдая за каждым движением Раера.
Отбиваться у нее нечем. Бежать и прятаться нет смысла: он знает стену куда лучше нее. Значит, другой путь. Она спросила о правилах для того, чтобы парировать Раерову шутку «привела свидетеля»: когда тот нападет, призвать «свидетеля» подтвердить, что напала первой не она, отразить давнюю историю: не победим, так повеселим хоть его. А еще, пусть он ударит и пустит ей кровь, так не будет видно, что она пускает ее сама.
Даже, может, неважно, что будет сделано; важно, _для чего_?

Самым очевидным выходом показалось податься резко вперед, почти к Раеру в обьятия, и надавить на те самые точки на шее, что показывал ей Мас.
Когда он отожмет ее руки, то ведь должен будет бросить для этого меч, верно?

Важно не само отсутствие воздуха. Повторение дает спазм, горло сжимается и вдохнуть с каждым разом сложнее и больнее.  Случайное повторение приносит страх сделать вдох без разрешения, вот нужный результат.

Не глядя, не вдыхая, в каком-то странном сочетании мутной телесной паники и глухого, обиженного неверия Мара попыталась ухватить за одежду, повалить, колотить руками и ногами - только чтобы обнаружить, что тело не слушается, _как тогда на виселице_. Ужас поднялся и потопил бы ее совсем, если бы она не повторила себе «страх.. вот нужный результат». Почему-то это звякало в голове снова и снова, разделяясь на какие-то мелкие бессвязные коротенькие обрывки..
(Разуму нужен воздух, нужно сказать Герарду)
..и она заставила себя течь, и вместо того, чтобы  действовать через силу, осторожно, словно мелкими шажками пальцев, напомнила телу принять, размякнуть и впустить.
И только тогда она смогла сделать шумный, дрожащий вдох, и закашлялась, и заплакала совершенно по детски, из глаз и из носа текло, а она повторяла, стыдясь:
— Все хорошо. Вообще не обращай внимания. Я просто трусишка, я же так и хотела, все хорошо

— Мы не воевали, - кивнула она. Каждое заботливое прикосновение, даже просто присутствие Маса ощущалось опорой, и ей не было страшно. Это только тело. То, что осталось пока неразобранным внутри, в ее воображаемой библиотеке - было куда страшнее. Она еще пройдет туда, позже. - И дистанция не решает проблему, невозможно все время бегать, - Мара все еще продолжала позорно всхлипывать, - когда знаешь, что тебя поймают. Я просто, - хмыкнула, - решила, вдруг я ловчее тебя.

Кровь. Расшиблась. Дистанция. Расстояние это лишь время, что мы пересекаем его. Взгляд достигает цели мгновенно.
Могу я просто использовать ту кровь, что и так идет, не жертвуя новую?

Мара помнила, как вытравливают изображения на металле и на ткани, но заставить камень помнить начертанное.. всегда? Долго? Дольше, чем держатся краски за каменные стены Велестры?
(Осознание)
Она помнила, как однажды купальщица бросила всего навсего ломтики лимона на краю мраморной чаши - и остались светлые, ничем не оттираемые следы; ее наказали. Из какого камня сделана стена Цитадели? Точно не мрамор, желтый известняк; известь тоже реагирует на лимон, и кислоту для травления металла.. вспомнилось, как чистили доспех немного раньше. Мои руки помнят, ноздри помнят едкий запах средства от ржавчины. Моя кровь может пойти чуть сильнее, капнуть на пол.. но может ли она _пройти дальше_, если я не коснусь? Когда я вспыхнула, то не касалась Эхриса, просто _дошла_ до него.
(Удержание)
Взгляд Мары остановился на полустертом цветке пяти лепестков, нарисованном ей позавчера здесь, на этом самом месте, вон лн, чуть дальше, все еще виден.

— Мас, дави на шею, если потеряю контроль!

Пусть моя Кровь преодолеет расстояние так же быстро, как взгляд, пройдет путем, нарисованным моей рукой, и вытравит изображение.
(Намерение)

Отредактировано Мара (2026-07-18 19:05:11)

«Контроль, контроль, контроль! Это я, это часть меня!»
«А эта память, например? Тоже часть меня? А _что еще_ ты считаешь частью себя?»
«Не делай из меня компас»

Слова Амалии она расслышала совершенно четко и ясно, как будто наставница стояла рядом с Марой. Ощущался даже слабый аромат роз.

Север не подчиняется компасу
Ветер не отправляется пО следу
И все же я за тобою следую.
Я отдаю свою песню ветру, и
Пусть он несется, куда зовет его
То же, что нитью нас с миром смётывает,
То же, что тянет все стрелки к северу,
То, что превыше закона и меры, и
То, что мне к тебе путь указывает,
Сердце и сердце
мостами
  связывая

«Если это не я.. тогда пусть я иду с ним виесте и _договариваюсь_»

Отредактировано Мара (2026-07-17 19:15:55)

— Не к Ванде, - удалось выдавить из себя. Грудь отзывалась на каждый вдох тупой болью, но это сжавшееся горло мешало ей говорить и дышать. Как же холодно, страшно, как же.. неужели _оно живое_, неужели действительно..
— Никакой Ванды. Сейчас она увидит мою грудь и вообще никуда не выпустит
(я в любом случае знаю, что ребра не сломаны, по эффекту, он совершенно другой, но я не хочу знать откуда я знаю), Раер в сторожке мне сейчас покажет, как надо бинтовать или там.. если надо, зашьешь, я иглу и нитку дам, я не буду плакать, честно. Мне надо это уметь, на будущее, именно так, когда лекаря нет. (и при мне это делали множество раз.. ох, нет, ох) Я не буду плакать, честно. Пожалуйста, не надо к Ванде. Она начнет.. спрашивать и мне не разрешат.. сюда ходить, а я хочу, пожалуйста.

Чувствуя, что вот-вот и она не сдержит свое торжественное обещание, Мара прикусила щеку изнутри, отвлечься, замолчать, до чего стыдно.. и почувствовала во рту кровь. Это заставило ее резко содрогнуться всем телом и она спрятала лицо у Маса на плече, напряженная до мелкой дрожи и растерянная.

— Дайте я просто отсижусь с вами. Потом пойду к Изару. Просто побуду с вами чуть чуть, - голос прозвучал приглушенно и она все-таки заплакала, промочив Масову рубашку.

— Я не знаю, что делают дома. Но наверное просто все сами делают. И я хочу сама. Я.. нельзя быть должной. Тогда тебе могут велеть.. отдать долг, и сама этого захочешь, и.. я хочу. Просто я хочу выбирать сама.

«Неужели она сама так выбрала? Она, такая умная, смелая, спокойная, и просто.. неужели это и есть простой путь? Просто отдать себя?»

Нет, сказала она себе, перебивая собственный страх этим злым, торжествующим чувством, нет, Договор, я буду выбирать. Я поняла. Я нужна _для этого_.

— Хорошо. Но завтра. Не надо его будить, Ванда мне рассказывала, ему нужен ясный ум. Ничего не случится до завтра. Раер, поможешь замотать? Мас, - переключилась на другое, чтобы никто больше не возражал, - ты уже сам читаешь учебники? Хочешь, я с тобой буду садиться и читать вместе? Иначе я никогда не нахожу времени и ничего нового не учу.

«Я собралась уходить. Нет, убегать. Изар прав, я страшусь видеть то, что будет происходить здесь. С ними, со мной. Но я не хочу бояться. Я хочу выбирать, и иметь силу провести свой выбор, как написано в «Осколках Договора». Я мечтала делать это там, где мне хочется быть; но я должна начать там, где я есть. Потому что мало намерения. Потому что любое действие работает как круги на воде. Меня ударили в грудь, а сбиваться начали мысли. Герард говорит, что не знает, как воздух связан с кровью и с членами тела, но это же очевидно. Кровь это связь. Связь с чем? С чем?! Это нарисовало цветы, потому что я попросила. Но рисовала не я. И это во мне.. в моей крови.. как воздух.. я сейчас упаду. Нет. Вдох, выдох, ууу, как больно, но воздух нужен. Выбор. Вдох, выдох, без воздуха кружится голова и ноги отказывают, как от хмельного. От чего наступает смерть? Я не знаю, но знаю, как ее приблизить, или замедлить, или..усложнить. Из этого можно сделать выводы. По отношению к трем звездам можно определить свое местонахождение, так Фланн говорил?.. местонахождение любого обьекта. А по отношению к Звездам, упавшим в определенные места за триста лет.. можно определить, _откуда_ они упали?!»

— Я не уйду пока.

«Мне нужно поехать с Герардом в Сапфирную. Мне нужно научиться управлять пространством. Создавать связь. Быть рядом с ребятами во время Вспышки. Нужно выстроить свое место. Чтобы у _нее_ было, куда прийти жить. Но она не захочет платить за это Цитаделью. Значит, я должна начать здесь. Потому что меня отсюда, может, выпустили бы сейчас, но тогда не приняли бы обратно. Не через ворота, а сердцем. Уйду и нить лопнет».

— Я вас не брошу. Не знаю, что я смогу тут.

«Но я вообще не знаю, смогу ли я что-нибудь. Можно выбирать, что я люблю больше, мир снаружи или вас. Не хочу выбирать такое. Но хочу выбирать раньше, чем это сделают за меня. Рамон выбрал..мир. За это из него сделали статую. Не приняли его решения, не поняли, о чем он, закрылись за стенами и слушаем, что они говорят.. как люди слышат? Спрошу у Амаранта. Когда нога ступает на камень, она дрожит, и дрожь передается всему телу, как круги по воде.. через что? Через что?! И как передать обратно?!»

— Мы дошли? Спасибо.

На скамью в караулке Мара просто упала.